Музыкальный продюсер Михаил Фихтенгольц и спортивный журналист Игорь Порошин по настоянию Екатерины Бирюковой как-то сели, поговорили и нашли много схожего в их сферах деятельности.


Екатерина Бирюкова: Итак, мне кажется, между миром спорта и миром оперы становится все больше и больше общего. Вот первое, что приходит в голову: оперный мир молодеет, срок годности певца укорачивается. Оперным театрам нужны более молодые, не стертые голоса, более выносливые и мобильные певцы…

Игорь Порошин: То есть если бы Мария Каллас дожила до 70 лет, ее бы освистали?

Михаил Фихтенгольц: Дело не в этом. Если бы, скажем, она начала карьеру в 35 лет, то ей бы было очень сложно найти менеджера. Потому что сейчас возраст, в котором хорошо, что называется, запускать дело, сместился лет на 10, если не больше. Сейчас уже на рынке запросто можно встретить певцов 22—23 лет.

Бирюкова: Которые, между прочим, дешевле стоят…

Фихтенгольц: Да, это тоже важно. Сейчас многие театры заинтересованы в том, чтобы приглашать молодых певцов. Все, конечно, говорят, что они поддерживают молодежь, стоят у истоков карьеры. На самом деле за этим часто кроется банальная мысль сэкономить деньги. Потому что бюджеты оперных театров продолжают урезаться.

Бирюкова: Какие еще общие законы в этих двух мирах? Вот наверняка ценится умение прогнозировать. Что будет с этим молодым певцом или спортсменом через пять лет? Если ты его покупаешь, сделаешь ты на нем деньги или нет?

Порошин: Мне дико интересно, что будет в этом смысле с оперой. Какие гены отвечают за голос? Ведь сейчас генетика станет главной движущей силой в спорте. Собственно, это и есть конец света в спорте. Его первая фаза — генная диагностика, которая уже является реальным сервисом. А завтра это станет чем-то сродни походу к стоматологу. И вторая, завершающая фаза конца света в спорте — это генная терапия, то есть активное вмешательство и, можно сказать, опротестование промысла Господа.

То есть мальчик восьми лет приходит в кабинет, садится к аппаратику, у него берут волос, делают анализ и говорят: «Знаете, парень ваш для бокса офигительно хорош, а теннисиста из него ни хрена не выйдет». Это фактически уже завтрашняя реальность, почти сегодняшняя.

Мне интересно относительно голоса. Можно ли будет делать такой же прогноз? «Есть ли у моей девочки шансы петь в Опера Гарнье?» И тогда карьера будет стартовать не в 20 лет, а в 5. Вот next future.

Фихтенгольц: Нет, я думаю, это не next future. Потому что голосовые связки — это вещь гораздо более загадочная и менее изученная. Собственно, для успеха оперного певца должны быть два условия: природа и выучка. Мне кажется, у вас — то же самое. На сколько процентов класс спортсмена определяется физическими данными и на сколько — выучкой и грамотной подготовкой?

Порошин: Должна быть некая комбинация. Но вопрос в том, что в каждом виде спорта есть своя комбинация. Например, я боксер, у меня тяжелый удар, но слабо с реакцией. Дальше я иду к генному терапевту, и он мне «подкручивает» реакцию. И мне интересно — можно ли будет «подкручивать» голос? Лечить его, исправлять?

Фихтенгольц: Сейчас тенденция такая — более всего ценятся не какие-то роскошные данные, голосовая природа, а некий комплекс. То, что называется full package. Часто про какого-то успешного певца, Анну Нетребко, например, говорят: «She is great package». То есть это очень гармоничное сочетание природных данных, выучки, внешности, актерского дарования и каких-то личностных качеств. И тут ничего особо не «подкрутишь».

Порошин: А известны случаи, когда целые династии были с вокалом связаны?

Фихтенгольц: Известны. Но очень редко бывает, когда прямо в нескольких поколениях в семье чудные голоса. В XIX веке был знаменитый певец Мануэль Гарсиа, у которого были две потрясающие дочери: Мария Малибран и Полина Виардо. Но вообще-то если у отца фантастическая вокальная природа — совершенно не обязательно, что у детей будет такая же. Ребенок начинает петь в детском хоре, у него чудный дискант, есть вероятность около 50 процентов, что этот голос после мутации, связанной с половым созреванием, превратится во что-то настоящее. Но гарантии нет. И тем более никто не может предсказать, будет ли у мальчика тенор, баритон или бас.

Порошин: Так это же прекрасно! Опера будет оплотом подлинного, того, что нельзя предугадать! Это будет высшей роскошью, потому что в будущем почти все можно будет предугадывать. Спорт, каким мы его знали, умрет. Потому что непредсказуемость — это то, что делает спорт спортом. А генная терапия всякую непредсказуемость исключает.

Бирюкова: Давайте не только о будущем, но и о настоящем. Как насчет стирания национальных границ и, соответственно, национальных школ в едином глобализированном пространстве?

Порошин: Это есть, и это плохо. Потому что людям необходимо это запретное удовольствие евроатлантической цивилизации — пережить поединок «наших» против «ненаших». Поэтому певцы должны выходить на сцену с флажками. Возможно, с какими-то национальными гербами на груди. Выходит польская певица петь Тоску, а весь балкон выкуплен людьми с польскими флагами.

Фихтенгольц: На вокальных конкурсах так и происходит. Национальное самосознание, гордость за своих, недоверие к чужим — это никуда не девается. Но в театрах класса B и C, то есть в маленьких провинциальных театрах, поют в основном местные певцы, потому что бюджеты другого не предполагают. А театры топ-уровня — интернациональные.

Порошин: Прямо как в футболе…

Бирюкова: Что еще объединяет оперу и спорт?

Порошин: Главное — это то, что и спорт, и опера являются содержанками. Причем про оперу это знают все. А про спорт существует массовое заблуждение. Дескать, спорт — это большой бизнес. Просто в спорте примерно в тысячу раз больше денег, чем в опере. Это содержанка, которая управляется по бизнес-модели. 

Фихтенгольц: Были попытки управлять и оперой по модели шоу-бизнеса, но сейчас уже наработаны свои механизмы. Они заключаются в том, чтобы при оперном театре создать эффективно действующий отдел маркетинга. Фандрайзинг — это наше все. Но в опере, в отличие от спорта, за конкретным индивидом не стоят мощные рекламодатели. Финансируются все-таки не отдельные певцы, а оперные театры. Только звезды топ-класса заключают рекламные контракты — как у Нетребко было. А в спорте это сплошь и рядом.

Порошин: Это объясняется как раз теми тремя нулями, которые отражают разницу интересов людей к спорту и к опере. То есть спортом более-менее интересуется несколько миллиардов, а оперой — несколько миллионов. Три нуля — вот и вся разница между рекламными контрактами Анны Нетребко и Майкла Джордана.

Фихтенгольц: Но рекламный контракт Майкла Джордана — это правило. Рекламный контракт Анны Нетребко — это исключение из этого правила.

Порошин: Да, это попытка раскрутить ее по законам спорта. В этом смысле опера в десятки раз консервативнее, инерционнее, и она всегда будет заимствовать технологии шоу-бизнеса и спорта.

Фихтенгольц: Есть, кстати, несколько компаний, которые торгуют и оперными певцами, и спортсменами. Например — IMG, у которой есть еще и модельный бизнес.

Порошин: Да, IMG очень широко понимает понятие энтертейнмента, причисляя сюда и оперу, и спорт, и поп, и фокусы в цирке. Что правильно. Все это является зрелищем, развлечением. Вопрос только — чьим развлечением.

Фихтенгольц: Да, но сейчас есть внутренние процессы в этом бизнесе, которые свидетельствуют о том, что компании-мейджоры тонут. Собственно, в индустрии звукозаписи то же самое происходит.

Порошин: А что, такая индустрия еще существует?! Я как-то оказался в районе Новокузнецкой,

у меня было 10 свободных минут, и я зашел в легендарный магазин «Пурпурный легион». Уже первые отделы магазина навели меня на мысль, что что-то плохое происходит. А когда я заглянул в так называемый отдел классической музыки, там только крысы не бегали! Полное ощущение разрухи!

Фихтенгольц: Ну, это еще с нашей российской дистрибуцией связано. Если зайти в Ludwig Beck в Мюнхене или в Dussmann в Берлине, то там будут километры дисков.

Порошин: Я был в соответствующем магазине в городе Зальцбурге, который, если не ошибаюсь, является одной из музыкальных столиц мира. Туда заходят почтенные дядечки — неинтеллигентные люди называют их старперами, а люди тактичные — старомодными европейскими буржуа. И понятно, почему они покупают эти диски! Потому что, во-первых, у них есть на это деньги. А во-вторых, они брезгуют шастать по интернету и скачивать mp3. Я сам, кстати, такой старпер. Ненавижу все эти «скачивания», я скорее заплачу. Но я не понимаю: о какой индустрии вообще речь идет? По-моему, такой индустрии не существует.

Фихтенгольц: Нет, такая индустрия существует. Просто она ищет новую форму взаимодействия с реальностью и становится гораздо более скромной. Например, есть несколько независимых лейблов, которые можно купить во всем мире, — это не компании-гиганты, занимающие по 5—6 этажей, а маленькие фирмы, они прямо в соседней комнате печатают буклеты и пакуют диски, чтобы затем отослать их куда-нибудь в Узбекистан.

Порошин: Не вопрос. Но могут ли вообще в этой сфере психотипически существовать инноваторы? Почему Анне Нетребко никто не расскажет об опыте Radiohead? Выложить свой новый альбом в интернет, пусть люди скачивают за сколько хотят — за один цент, за три евро. И на этом она заработает в сто раз больше, чем выпустив очередной диск на «Дойче Граммофон», который люди в вельветовых пиджаках купят в четырех европейских магазинах. Почему она тупо бежит в кассу «Дойче Граммофон» и получает свой гонорарчик — ничтожный по сравнению с теми гонорарами, которые получали оперные звезды еще 10 лет назад?!

Фихтенгольц: Да ладно, может, ей этого не надо!

Мне вот что интересно. Возьмем вид спорта, наиболее приближенный к прекрасному, — фигурное катание. Развивается какой-нибудь талантливый мальчик. В какой момент появляется агент?

Порошин: Ровно в тот момент, когда уровень профессионального шума по поводу этого мальчика достигает определенной отметки. У каждого агента — своя отметка.

Фихтенгольц: Это еще до выхода на большую сцену?

Порошин: Конечно. Это дети. В фигурном катании это может быть возраст 9 лет. Как в балете примерно. В балете даже чуть постарше.

Фихтенгольц: У нас — родственная история. Конечно, бывает, когда молодой певец, срочно кого-то заменяя, сразу попадает «из грязи в князи». И к нему бегут менеджеры. Но, как правило, певца замечают либо на конкурсах, либо через знакомых, либо в молодежных программах, которые расплодились со страшной силой и есть при каждом уважающем себя оперном театре.

У нас, правда, по-любому это случается позже, чем в спорте. Самое раннее — 18—19 лет, когда более-менее сформировался взрослый голос. Как известно, организм, особенно мужской, доформировывается до 25 лет. Но потом любые гормональные взрывы, которые могут быть связаны с чем угодно, дают эффект на голос. Плюс — известный фактор женского вокала: роды. Элемент риска тоже в этом есть. Здесь имеет решающее значение выучка. Если хорошая школа, то девушка может уйти в декрет хоть на 2—3 года, вернуться и продолжать хорошо петь. Может, немножко другой репертуар и другим голосом. Вот классический случай — Нетребко.

Кстати, у спортсменов в контрактах бывает пункт «не рожать»?

Порошин: Я думаю, что в цивилизованном мире такое невозможно.

Фихтенгольц: В шоу-бизнесе — сплошь и рядом.

Порошин: Я думаю, это устная договоренность. Не может быть такого. Это бы сразу стало скандалом. И потом, они же сами понимают — если родишь, то вылетаешь из бизнеса на три года минимум.

Фихтенгольц: У нас сейчас это сильно быстрее. Хотя первые полгода после рождения ребенка петь не рекомендуется.

Порошин: Я вообще считаю, что оперу нужно включать в программу Олимпиад! Нужно исключить оттуда много видов спорта — например, спортивную ходьбу, которая омерзительно выглядит, а оперу включить! Я иногда смотрю канал Mezzo. Однажды я нажал на кнопку, там было «Золото Рейна», не знаю, чья постановка, у меня не было возможности досмотреть до титров. На сцене были четыре изумительные девушки…

Фихтенгольц: Три…

Порошин: Угу, три. Они все были длинноволосы, выкрашены в платиновый цвет, в ночных рубашках. И все они были абсолютно одной весовой категории. Это в тысячу раз эстетичнее какой-нибудь женской тяжелой атлетики и при этом является физкультурой!

Фихтенгольц: Спорт — это соревнование. А здесь по каким параметрам сравнивать?

Порошин: Вот это мой вопрос! Ребята, отсутствие вот этих трех нулей объясняется не тем, что в опере обязательно занимаются чем-то изысканным. Вагнер — это чистый спорт! Ничего изысканного там нет. Правила баскетбола в тысячу раз сложнее. Тем не менее баскетбол смотрит в 100 раз больше людей, чем оперу. Почему? Потому что товарищи мастера искусств ни хрена не хотят состязаться! Найдите какие-нибудь критерии! Пусть даже все будут говорить о продажности жюри. Не страшно. Есть фигурное катание, гимнастика, где также очень субъективное судейство, где все время идут скандалы. Но у оперы гораздо выше потенциал, чем у каких-нибудь прыжков в воду, прости господи.

Что является пиком интереса применительно к кино? «Оскар» и Каннский фестиваль, репертуар которого заинтересует потом максимум несколько десятков тысяч человек в мире. Искусство кино — оно далеко от повседневных нужд человека. Тем не менее все раз в год следят за чемпионатом мира по искусству кино в Каннах. Почему? Из-за соревновательности. Секрет «Оскара» и Каннского фестиваля в том, что это спорт. А когда говорят: «Нет, нет, мы не будем соревноваться, мы здесь занимаемся высоким искусством» — на этом все высокие искусства и заканчиваются.

В Древней Греции были театральные олимпиады, в том числе — состязания по пению. Они не делили мир на тех, кто зарабатывает золотые медали духом, так сказать, и тех, кто делает это крепкими ляжками.

Фихтенгольц: Но какие могут быть критерии? Кто быстрее сыграет? Кто громче споет?

Порошин: Кто лучше споет и сыграет. В фигурном катании, между прочим, есть две шкалы: техника и артистизм.

Фихтенгольц: А ты не допускаешь мысли, что многих артистов устраивает уровень их заработков?

Порошин: Да понятно, что нам милее египетская тьма! Но я думаю, они совершенно не против того, чтобызарабатывать миллионы. Дело не в деньгах, а в интенсивности переживаний. Деньги — следствие, а не причина. Человеку интересно наблюдать, как кто-то с кем-то зарубается. Не важно, в чем — в прыжках в высоту или в исполнении «Вариаций Гольдберга». Это закон, открытый Аристотелем две с половиной тысячи лет назад. Людям нужно какое-то событие.

Фихтенгольц: Стоп. Состязание — это единственный способ сделать событие?

Порошин: Нет, не единственный. Но самый верный.​

OpenSpace

В четверг, 8 декабря, не стало Алана Стайлза (Alan Styles), члена дорожной бригады Pink Floyd, посвятившего группе значительную часть своей жизни.

По сообщению сестры Алана Энн, Стайлз скончался в больнице в США от пневмонии. Ему было 75 лет.

Алан был известен не только как «роуди» группы — его голос оказался увековечен в названной в его честь композиции «Alan's Psychedelic Breakfast» с альбома «Atom Heart Mother». Также его можно увидеть на фотографии, помещенной на обратной стороне конверта альбома «Ummagumma».

По материалам: Brain Damage

В связи со скорым стартом кампании «Why Pink Floyd?» сразу два британских журнала включили в содержание новых номеров материалы, связанные с Pink Floyd.

Октябрьский выпуск журнала Record Collector (№393) содержит интервью с Ником Мэйсоном, посвященное будущим переизданиям. В этом интервью Ник говорит о ранних записях группы и выражает интерес к идее выпустить Immersion-издания The Piper at the Gates of Dawn и A Saucerful of Secrets. Не обходится и без вопроса о планах на будущее – в ответ на него Ник говорит, что ему бы хотелось поработать на Ибице.

Новый номер журнала Uncut также включает в себя интервью с Ником, в котором он рассказывает о причинах организации «Why Pink Floyd?», а также снова затрагивает тему Immersion-изданий The Piper at the Gates of the Dawn и A Saucerful of Secrets. По словам Мэйсона, в эти издания могли бы войти такие раритеты раннего периода группы, как 'Walk With Me Sydney' и 'Double O-Bo'. Уделяется внимание и Immersion-версии The Dark Side of the Moon.

Журнал Record Collector можно заказать, перейдя по этой ссылке. Информацию о приобретении нового номера Uncut вы можете найти на сайте журнала.

По материалам: Brain Damage

19 июня в Киеве состоится единственный концерт обладателя 10-ти премий Грэмми и звезды на голливудской Аллее Славы, легендарного гитариста Карлоса Сантаны (Carlos Santana). Выступление в столичном Дворце Украина пройдет в рамках мировых гастролей Carlos Santana Guitar Heaven World Tour 2011.

Американский предприниматель российского происхождения Леонард Блаватник приобрел звукозаписывающую компанию Warner Music Group, сообщает официальный сайт одного из крупнейших мейджор-лейблов в мире. Сумма сделки, как отмечается в пресс-релизе Warner Music, составила 3,3 миллиарда долларов. Ранее сообщалось, что Warner Music была оценена ниже цены, которую заплатит компания Блаватника Access I... Читать дальше

17 февраля дискография группы "Декабрь" пополнилось еще одним изданием под названием "Золото Декабря".

Релиз "Золото Декабря" является первым официальным сборником лучших песен группы "Декабрь".

Популярный певец Борис Моисеев сделал первую запись в своем микроблоге в Twitter после того, как 20 декабря 2010 года он был доставлен в одну из клиник столицы РФ с недомоганием и подозрением на инсульт.

"Господа! я прибыл!", - написал певец, несколько недель до данного находившийся в крайне тяжелом состоянии.

"Да! ДА! ДА! Дома!

Мода. Осень - 2008. Зима - 2009.
СЕКС С МУЖЧИНАМИ РАЗНЫХ ЗНАКОВ ЗОДИАКА.
Чего от него ожидать роман или брак - гороскоп для женщин.
30 правил любовниц экстра-класса.
Как он себя ведет, если хочет уйти.
Смыть черный цвет.
8 марта: любимый женский праздник.
О себе любимой?
Волосы в интимной зоне.
Как я похудела на 11 кг за полгода.

Режиссёр Соно Сион (Sion Sono)
В ролях: Masumi Miyazaki, Issei Ishida, Rie Kuwana, Mai Takahashi, Fujiko, Madame Regine.

Отзывы смотревших.фильм:
я в полной прострации после него. Не думаю, чтобы в планы режиссера входило пополнить копилку мировых шедевров. Скорее всего, он хотел просто шокировать, привлечь внимание, снять что-то оригинальное и запоминающееся. Ему это удалось на все 200%. Такой фильм очень нелегко забыть

Купить на DVD: Подробнее >>>
Скачать: Подробнее >>>

Глобальные детерминанты низкой рождаемости Новые тенденции рождаемости в России Семейная политика в развитых странах: контрастирующие модели Социальная поддержка семей с детьми в США Социально-гигиеническая грамотность как фактор репродуктивного поведения женщин Многодетность как ценность и практика: образы многодетных семей Жизнь без детей: успехов больше, счастья меньше 1000 москвичек - о разводе и алиментах на детей Пословицы о расходах на детей как предмет социально-демографического исследования

Более четверти века назад я высказал утверждение, что целеполагание демографического развития обеспечивается механизмом социокультурного отбора, объектом которого выступают широко понимаемые способы деятельности людей ее социально задаваемые программы5. К сожалению, этот тезис не вызвал никакого отклика в среде моих коллег-демографов, хотя сама идея с очевидностью витала в воздухе. Я ссылался на работы советского культуролога Э. Маркаряна, к тому времени уже были опубликованы работы Ричарда Докинза7, введшего в оборот понятие мем (но тогда я о них не знал). За прошедшее с тех пор время получило развитие целое научное направление меметика, и можно только пожалеть о том, что пока эти новации не дошли до демографов.

Здесь не место распространяться о возможностях меметики применительно к демографии, но важно подчеркнуть, что развитие этого направления связано с признанием эволюционной природы единиц культурной информации и их подчиненности законам дарвиновского отбора, на что обращал внимание и я. А это позволяет, более того, делает неизбежным введение в рассуждение о демографическом развитии эддингтоновской стрелы времени и представления о необратимости развития. Ибо отбор это всегда движение в одном направлении: от менее эффективных к более эффективным адаптивным формам.

Какое отношение имеют все эти рассуждения к вопросу о низкой рождаемости?...

Подробнее...  

(узнать все о спутнице, если она моложе на 30 лет)

В тесте по Фразам на имя Эксгибиционизм, вылезло.. Все женщины по сути своей ангелы, но когда им обламываются крылья, приходится летать на метле.

На имя Володька Трынкин вылезло Счастье - по крайней мере однажды - стучится в каждую дверь.

А уж на имя Путин Ангелы зовут это небесной отрадой, черти - адской мукой, а люди любовью. В общем, такой забавный романтично-познавательный детсад.

Подробнее...  

5. НЮу - Голая правда, звезды мирового шоу бизнеса. (Фотогалерея)

Винтажная Мадонна

Соблазнительная нимфа - эмо Аврил Лавиль


Прыгающая плоть Бьенсы


Электро Факинг Звезда Аманда Лепор


Пятая точка - Сила Бритни Спирс


Бриллиантовый пирсинг Кристины Агилеры

Подробнее: В новых фотогалереях рубрики... (Всем срочно пройти регистрацию!)

Девочку некоторое время вел психолог, однако это не привело к заметным изменениям. В прошлом году Лора начала носить светоотражающую одежду. Когда у нее отбирали вещи, она кричала, что ее жжет космическое облучение, и впадала в истерику. Кроме того, каждую ночь по рассказам сестры, она ждет летающую тарелку, которая должна забрать ее назад к настоящим родителям. Через некоторое время поведение девочки привлекло внимание желтой прессы. По ночам ее фотографировали на крыше; в пресс-службу обрушился шквал писем и звонков о душевной болезни дочери. Журналисты начали расследовать медицинскую историю семьи. После этого Лору отправили в нашу школу. Ее комната находится на последнем этаже здания. В комнате оборудован люк для выхода на крышу. Ни в коем случае не закрывайте люк на замок и не загораживайте проход к лестнице

Я встречался с Таней прошлой весной, как раз перед тем, как ее отправили в Москву. Мы даже целовались несколько раз но большего она не позволяла, хотя ведет себя очень вызывающе. Говорят, она девственница, но что-то я не верю, хотя фиг ее знает. Думаю, девственница не стала бы носить такие юбки: Любит мягкие игрушки, игровые приставки и фаст-фуд, при этом уверяет, что ее тошнит от мяса. Да ее вообще постоянно тошнит. Книги она не читает, смотрит исключительно мультики, коллекционирует оружие А ее подруга Елена рассказала мне, что однажды видела, как Таня поймала птенца и перерезала его горло маникюрными ножницами.

В кадре "Metamorphosen" Театр MESCHUGGE, солирует Ilka Schonbein

Подлинное горе, абсурд, еврейское гетто, шумные ссоры, ее жизни постоянно угрожали, главные темы "Metamorphosen".

Невероятная трансформация в исполнении мим, танцовщицы и кукольника Ilka Schonbein создает незабываемые образы экспрессионистского отчаяния, где жизнерадостность, соседствует с болезненным изучением границы между жизнью и смертью, это и есть главная задача ее существования.

Ilka Schonbein работает под руководством режиссера кукольника Альбрехт Розер в его постановках Дон Жуана и FROG PRINCE. Параллельно она танцовщица театра Eurythmie. ЕЕ карьера началась на рыночных площадях, улицах Франции. Звездный статус приобрела на MIMOS-фестивале в городе ПЕРИГЕ в 1997 году получив премию за величие.

Дальневосточник Анатолий Дзюбенко был доволен, славно отдохнул в Ленкорани. Санаторий попался отличный, еда сытная, кустотерапия обновляющая. И к этой радости прибавилась история, о которой в назидание потомкам он будет 'вещать', пожалуй, до конца дней жителям Сихотэ-Алиня. Она приключилась с одной из отдыхающих. Дело вышло так. Москвич, страстно любивший свою жену, тоже москвичку - помпушечку и лапочку, привез ее в санаторий для поправки пошатнувшегося здоровья. А сам направился в командировку на другой берег Каспия, в Красноводск. Муж числился в нефтеразведчиках в одном из столичных НИИ..

Жена по водворении в санаторий получила комнату на двоих, и этим была очень обижена, как так ее, москвичку, поселили в комнате с какой-то колхозницей-дояркой. И запахи не изысканные, и интеллект на уровне унитаза. Администратор, человек, знающий столичную психологию, пообещал при ближайшем случае ее положение улучшить и поместить в отдельную комнату. Москвичка стала отдыхать, шатаясь по парку. Не сидеть же ей и базарить с соседкой.

Прогуливаясь, к ней подвалил красавец восточного типа, такой приятный и по-русски прекрасно изъясняющийся. Ухаживать, скажем, начал изящно. В первый же день подарочек преподнес - цепочку с кулончиком. Когда в его комнате под лампой рассмотрела, цепочка оказалась золотой, а камушек натуральным. Всесоюзнообщеизвестно, что все любят подарки. Но больше всех, как и положено по рангу городов и мест - москвичи, считающие, что живут хуже всех в стране, а заботятся о ней больше всех. Москва немыслима без подарков - музей подарков со всей страны. Ежели некоторые скряги и не дарят, то у них централизованно изымают. И сами москвичи пропитались подарками: нижестоящие несут вышестоящим, а те к еще более вышерасположенным, отбирая для верхов самое лучшее. Иномосковские обязаны дарить также, как платить профсоюзные взносы, ибо столичному жителю все к лицу. Войдите в его положение: ему тяжело, он нищ, живет в самом большом континентальном городе мира, каждый день прессуется в метро и очередях и заботится о тебе, провинциале.

На следующий день поклонник ошеломил и потряс нашу даму: небрежно повесил на ее руку запястье индийской работы, галантно пристегнул и, представляете, без намека. От этого москвичке стало не по себе. За такую ювелирную прелесть она бы, ох, непременно отдалась. Ясно, он в нее втюрился. Что-то еще преподнесет? Вечер настал, и на шее засветились бусы из настоящего янтаря, не прессованного, а естественного, в некоторых бусинках виднелись застывшие букашки мурашки. Красота, да какая! И она в первый раз чмокнула кавалера в обветренную щеку и привалилась к гибкому стану. В своем счастье-радости она не побрезговала подружкой, и ей поведала о своих успехах. Та вздохнула. Не из зависти, а ввиду измены мужу, человеку, как ей показалось, хорошему и доброму.

В назначенное рандеву молодой красавец был не один, а с другом. Они познакомились, стали любоваться горами. Предложили покататься и сели в авто, к ним подошел третий, попросил подвезти. У нее спросили разрешения - вот какая галантность! И она, млея от нее, разрешила. Машина покатилась, незаметно на ее руки надели браслеты уже английской работы, а на головку с прической-перманент опустилась чадра тегеранского производства. Кричать было бесполезно. Ее внесли в один из домов, сняли украшения, раздели и стали тешиться: мучить, насиловать, обсасывать и прижигать; она не помнит ни ночей, ни дней, даже как золотые коронки сняли горячими ложками, прижгли и десны и губы. Она к этому времени перестала уже ощущать боль. Сознание твердило: конец, конец, конец. И он, казалось, наступил - на нее, лежащую поперек дивана, набросили старую фуфайку и по этому сигналу лежащий на ковре пес, вскочил, бросился на нее и по псиному отодрал, вызвав хохот компании.

Она не помнит, во что потом ее рядили и затягивали. Очнулась в парке утром, обмотанная свиными кишками и затянутая в целлофан мешка. Ее по дурному запаху обнаружил дворник, думал, что подбросили падаль. Внесли в санаторий, врачи осмотрели: жива, будет жить. Продезинфицировали, обработали уколами и порошками и положили к соседке, которая взялась за ней ухаживать. Одыбавшись, она поведала ей о своих злоключениях. Тут и муж возвратился из Туркмении. Очень удивился эффективности отдыха: постарению и похудению, а также беззубию супруги. Подумал: так, наверное, надо, даже полезно. Похудеть не мешает, особенно в нашей бурно клокочущей московской жизни... С соседкой она прощалась и обнималась, как с лучшей подругой

..Впрочем, цель моей статьи - не лингвистическое, а психологическое исследование того, что можно определить как упорное нежелание начинать дела, которые давно пора закончить. Даже самые организованные люди время от времени стремятся избежать неприятных или скучных вещей, откладывая визиты к зубному врачу или заполнение налоговой декларации. Классический пример хронической прокрастинации - привычка многих студентов готовиться к экзамену в последний день, а то и накануне ночью.

Однако прокрастинация - это не только студенческая болезнь. Немало вполне взрослых людей являются прокрастинаторами, особенно если учесть разнообразие форм этого психологического феномена. К ним относятся, например: боязнь рисковать или(и) пробовать что-то новое; засиживание на одном и том же месте, несмотря на неудовлетворенность своим положением, будь-то нелюбимая работа или банальное сидение дома; привычка впадать в болезнь каждый раз, когда надвигается особенно сложное или неприятное событие или задание; уход от принятия решений и нежелание вступать в конфронтацию; перекладывание вины за собственные неудачи на других людей (составление грандиозных планов, о которых приятно мечтать, но к выполнению которых приступить недосуг; превращение своей жизни в сплошную круговерть из необязательных, но привычных занятий или развлечений, когда на важные дела просто не остается ни времени, ни сил...

Страх неудачи является, возможно, наиболее распространенной причиной прокрастинации напряженного типа. Это и опасение, что не справишься с заданием из-за нехватки необходимых знаний (таланта, везения...), и боязнь продемонстрировать свою некомпетентность. Чересчур самокритичные люди избегают многих форм деятельности, особенно если в них есть элемент состязательности. Иногда они даже понимают, что отказ от борьбы - это тоже форма поражения, и переживают еще и по этому поводу. Тем не менее, поражение без борьбы, очевидно, менее болезненное, чем провал реальной попытки. Иногда комплекс неполноценности выражается у прокрастинаторов в форме своеобразной мании величия: я могу это сделать гораздо лучше (чем кто-то), просто мне некогда этим заняться...

Особенно остро переживают страх неудачи перфекционисты. Впрочем, само по себе стремление к совершенству - отнюдь не плохое качество и в разумных пределах ведет к аккуратности. Более того, те, чей перфекционизм выражается в стремлении преодолеть и победить, как правило, не бывают прокрастинаторами. Хуже тем, кто старается быть на высоте, чтобы сделать приятное кому-то другому (родителям, учителям, публике...). Еще один вариант этой же ситуации - когда человеку с детства внушили, что только тот заслуживает любви, уважения и признания, кто особенно умен или талантлив. Люди с такими убеждениями нередко затягивают решение своих проблем из-за подсознательного опасения: меня разлюбят и перестанут уважать, если то, что у меня получится, не будет отвечать требованиям совершенства или хотя бы установленной мною же ранее высокой планке.

Арефьева выпускает альбомы редко. Но если все-таки выпускает, можно быть уверенным, что каждая нота отшлифована, аранжировки не случайны и плотность аллюзий в каждом тексте песни превышает все мыслимые пределы.

CD.

Из архивов времени

Знаете, что объединяет добрую половину наизанимательнейших историй, нашедших отражение в мировых фольклоре, литературе, публицистике? Их объединяет тривиальное начало. Жили-были дед и баба... или Летят как-то русский, немец и поляк на самолете... или Во двор Московского Экономического Института вошел молодой нерусский человек Назар Чагатаев... ну или вот еще: Когда лето 1994 года перевалило далеко за середину, на столичных рынках уже вовсю торговали подмосковными яблоками, а будущие первоклашки нет-нет да подбегали к зеркалу покрасоваться с новеньким ранцем, Борян вдруг собрал вещи и уехал в санаторий.

- Зачем?- спрашивали его те, кто оставался глотать московскую пыль.

-Да так, - ответил Борян и скрылся в сизой дымке индустриального смога.

1994 год как веха в истории русской рок-культуры выглядит мутновато и невразумительно. Летов и сотоварищи только-только прогремели на всю страну со своими новыми политическими убеждениями, следствием чего стала массовая "переоценка ценностей", со стороны больше напоминавшая панику в свинарнике, куда минуту назад угодил увесистый фугас. В Москве тем временем проходит фестиваль современной музыки "Бритроника", проходит при полупустых залах, явно опережая неспешный ход рассейского времени года эдак на два - на три. Выпускает свое многостраничное детище Александр Кушнир, подводя тем самым итог всей многолетней практики самиздата. В конце-концов, закрывается "Энск".

Крысы бегут с корабля, пассажиров на нем уже давно не осталось, и лишь самые отчаянные и безумные члены команды все еще надеются на что-то, беспокойно мерят шагами палубу или множат морщинки в уголках глаз, тщетно вглядываясь в предельно ясную струну горизонта.

Подробнее

Менталитет русского человека настолько особенный, и техно не стало для него исключением

Техно-культура,все ок во многом благодаря культовым рэйвам, вроде Гагарин party, стала из Питера постепенно переноситься в Москву, где уже в первой трети 90-х открываются клубы RedZone, Jump, У ЛИССа. Проводя параллель с клубными событиями в Великобритании, где примерно в это же время клубный бизнес был оккупирован бандитами-наркоторговцами, нужно отметить, что и у нас бандитизм нашел себе место для отдыха, а иногда и для наживы. Публика на первых рейвах была богемной. О том, что в каком-то московском клубе крутят передовую музыку, знали только избранные. Но бандиты, которые были рады хорошенько оттянуться, специально для себя любимых и создавали эти клубы, в которых, несмотря на это, выступали сами прогрессивные на тот момент русские ди-джеи.